Русским БКС КДР 80 лет

Русским БКС КДР 80 лет

Рагнар Акселевич Фернберг (1890-1968) швед из Финляндии, имевший опыт в скаутской работе, был первым человеком, который провёл в России в 1915 первый курс для руководителей, за 4 года до основания Баден-Пауэллом в 1919 г. курсов для руководителей в Гилвелле. В книге Ю.Кудряшова «Российское скаутское движение» (А.2005) на С.44 сказано, что «две субботы в месяц посвящались работе с инструкторами и их помощниками». Не знаю, был ли у Фернберга какой-то план подготовки инструкторов (скаутских руководителей) или он просто делился своим опытом с петроградскими руководителями применительно к местным условиям. Думаю, что ни программы, ни плана у Фернберга не было. Думаю, что его работа с инструкторами не была похожа на то, что мы привыкли называть курсами для руководителей. Мне также не известно проводились ли еще где-нибудь в России курсы для руководителей. Зато точно известно, что в 1920-х годах в странах, где были русские меньшинственные скауты, от русских руководителей требовалось для получения руководительских прав окончание местных руководительских курсов, которые зачастую были копией Гилвелла.

Русский руководитель Максим Владимирович Агапов (1890-1973. Полная фамилия Агапов-Таганский) знал о знаменитых Гилвеллских курсах но видел в них только образцовый лагерь, где говорят о том, как надо вести скаутскую работу, но не говорятся зачем это надо делать. Он считал, что курсантов надо заинтересовать не только скаутской практикой, но и теорией. М.В. Агапов решил организовать курсы для руководителей, но не по общепринятой у скаутов, разработанной Баден-Пауэллом программе Гилвеллских курсов, а по своей собственной.

Зимой 1923-1924 гг. М.В. Агапов провел в Загребе теоретическую часть курса, чтобы закончить её летом 1924 г. в лагере около г. Римске Топлице (Словения). Он был преподавателем латинского языка в гимназии в хорватском городе Огулин, где почти не было русских, и организовал скаутскую дружину из местных ребят.

В программу I курса для руководителей отдела Хорватии и Славонии, в ее теоретическую часть, надо полагать, была включена работа М.В. Агапова «Педагогические основы скаутизма» и история педагогии, Звеновая система составленная русским руководителем И.А. Гарднером (1898-1984), история скаутизма и параллельные организации, а в лагере – саперное дело, лагерное дело, топография, лесные игры.

II курс для руководителей отдела Хорватии и Славонии был проведен в Тополшице летом 1925 г. и в том же году с 15 по 31 августа был проведен I курс для руководителей Боснийско-Герцеговинского отдела (отдельная нумерация от курсов отдела Хорватии и Славонии) у подножья горы Белашницы около Сараева, точнее около Пазарича, тоже под руководством М.В. Агапова и с участием, как на предыдущих курсах И.А. Гарднера и кроме того ещё одного русского руководителя А.А. Лебедева. На этом курсе были взяты девизом курсов слова из стихотворения Бальмонта – «Будем как Солнце!» с ответом «Потому, что мы дети Солнца!». М.В. Агапов положил в основу скаутской идеологии – радости в служении Богу и ближним. На курсе около Сараева три звена были названы «Олень», «Гризли» и «Волк» и эти имена сохранялись для курсантских звеньев до последнего IX БКС курса Савского отдела (до 1929 г. отдела Хорватии и Славонии) включительно.

При проведении следующих курсов в программу вносились те или иные изменения. Hачиная с II курса для руководителей, и теория и практика стали проходиться одновременно в лагере. На VI курсе БКС (Плитвицкие озера, 1930) была введена ежедневная оценка курсантов. Не сразу, конечно, курсанты стали получать курсантские галстуки золотистого цвета с красной каемкой, не сразу их стали прожигать веткой от костра и вышивать знак курсов – солнце с буквами «БКС» по середине, надписью сверху, номер курса и год и под знаком курсов, полукругом название места проведения курсов. Не сразу была придумана церемония приема курсантов с хлебом и солью в руководительское братство и т.д.

Кроме Гарднера и Лебедева был у Агапова помощником ещё один русский руководитель – Ивашинцев. Были и помощники из местных хорватов, но дух курсов был русским. Курсанты пели «Будь готов», «На Авале на горе» (один куплет по-русски, второй по-хорватски, «Бородино» и частушки «Журавли», по-хорватски, но с искажённым русским припевом.

На созданных русскими БКС курсах для руководителей были хорваты, словенцы, боснийцы и герцеговинцы, но только не русские курсанты. Почему? Потому, что за первые 10 лет существования БКС курсов не нашлось ни одного русского желающего. Первым русским в 1934 г. оказался Борис Борисович Мартино (1917-1962), а в 1935 я (Р.Полчанинов). Сперва мы проверили наши силы, проведя лагерь «Шесть дней – шесть человек», а затем в 1937 первый русский КДВ – Курс для вожаков по БКС программе. Русских кандидатов на БКС курс для руководителей ни в 1936, ни в 1937 ещё не было.

В разведческом году 1937-1938 (с 1 сентября по 31 августа) произошли в Югославском отделе НОРС-Р – Национальной организации русских скаутов-разведчиков крупные перемены. До этого были в отделе дружина в Белграде (отряд ск.-разведчиков и гайд, как тогда назвались разведчицы), Сараевский отряд (основанный в 1932) и Загребский (основанный в январе 1937), а тут сразу вдруг было основано 5 новых отрядов. Оказавшиеся в Белграде сараевцы основали новые отряды, Б.Мартино возобновил прекративший свою работу 2 БОРС – Белградский отряд русских скаутов, Малик Ибрагимович Мулич (1917-1980) основал 3 БОРС и Святослав Владимирович Пелипец 4 БОРС, а в Субботице и Цетинье были с мой помощью основаны тоже отряды. Появились кандидаты на КДР – Курс для руководителей и было решено в июле провести первый русский БКС КДР.

I русский БКС-КДР был проведен под руководством Мартино в Шуметлице, там же где в 1934 г. был проведен VIII югославский БКС-курс. I БКС-КДР проводился одновременно с II КДВ. Было, конечно, трудно, но для работы это было необходимо. Программу югославских курсов БКС мы не сокращали, но к ней добавили историю и географию России, работу с одиночками и к скаутским играм добавили песни, которые у русских разведчиков, в отличие от югославов, играли важную воспитательную роль.

На I БКС-КДР инструкторами, кроме Мартино и меня, окончившим БКС курс у Агапова, были Ростислав Алексеевич Павловский (1918-1992) и Мулич, окончившие в 1937 г. КДВ и Пелипец, который курсов не кончал, но имел некоторый руководительский опыт (был в 1938 г. начальником 4–го Белградского отряда). Он преподавал Идеологию (не югославскую, а нашу русскую), Звеновую систему, Пропаганду, и вместе с Муличем Игры и песни и Саперное дело. Пелипец считался у нас специалистом по идеологии. Свои лекции по идеологии он закончил словами: «Разведчество верит, что любовь есть двигатель всего хорошего, благородного и красивого. Эту любовь, которой мы горим, мы символизируем красочным понятием - источником жизни, света и тепла – солнцем» (цитирую по записи Олега Полякова курсанта III БКС-КДР Пазарич, 1940 г. который проводился на той самой поляне, на которой проводился в 1925 г. 1 БКС курс для Боснии и Герцеговины.).

Нa I БКС-КДР не было предмета «Параллельные организации», но к III БКС-КДР я подготовил материал по русским параллельным организациям и с тех пор этот предмет стал обязательным для последующих БКС-КДР. Не было и предмета «Костры», который был включен в программу курсов позднее.

Все церемонии были заимствованы с хорватских и Боснийско-Герцеговинских курсов созданных русскими.

Как на югославских, так и на русских БКС-курсах, курсанты должны были записывать лекции, и качество записей влияло на оценку курсанта. Только на IV подпольном БКС-КДР (Смедерево, Сербия, 1941 г.) курсанты получили на руки готовые конспекты, составленные Олегом Поляковым. В Берлине в 1942 г. была издана «Звеновая система» Б.Мартино, моё «Что такое разведчество» и «Идеология разведчества» О.Полякова. Во второй половине 1940-х гг. составлялись и издавались материалы для курсов, что облегчало работу и инструкторов и курсантов. Для XXIX KHO (Новый Павловск, США, 1984-1985 гг.) я составил полный сборник конспектов (23 предмета и послесловие. 167 стр.)

В 1946 г. был проведен I KHO – Курс начальников отрядов по сокращенной программе БКС-КДР. Позднее проводились КНК – Курсы начальников кругов и КНС – Курсы начальников стай. Была попытка провести Высший курс для руководителей, но этот план, по техническим причинам, не был осуществлен. КНЕ – курс начальников единиц – это общее название для КНО, КНК и КНС, В новом «Положении о курсах» (1990) КНО было переименовано в КНЕ

В 1950 г. Ст.скм Б.Мартино, как начальник БКС-КДР создал Круг БКС, задуманный как «добровольный круг руководителей, для дальнейшего развития курсов и совершенствования руководительских кадров» и составил «Положение о Круге БКС» (пишу по памяти, не имея оригинала в руках). Это положение вошло полностью или частично в «Положение о руководителях» 1979 и осталось в новом положении 2010 г. но вскоре после смерти Б.Мартино сборы кругов БКС стали проводиться раз в год для обсуждения вопросов выборов нового Ст.скм., устройства слетов или иных мероприятий, не имеющих ничего общего с первоначальным замыслом. От Круга БКС в ОРЮР осталось только название. Не пора ли взяться за выполнение сказанного в положении?